doctalovtyz (doctalovtyz) wrote,
doctalovtyz
doctalovtyz

Одно из правил Виктора Черномырдина: «Никогда такого не было — и вдруг опять!».

Оригинал взят у magelanin в
Одно из правил Виктора Черномырдина:
«Никогда такого не было — и вдруг опять!».
Вспомните, когда присоединяли Крым, то казалось, что все будет просто
— он был украинский, а станет российский.
Конечно, недовольные пошумят-повозмущаются, но потом все стихнет.

1380423_789603034433496_6669111346901376827_n
Но нет, в самом Крыму, может, все и стихло,
но крымский вопрос удивительным и страшным образом упал на всю страну.
И страна стала делиться
не на мужчин и женщин,
не на блондинов и брюнетов,
не на богатых и бедных.
Просто появилась фраза:
«Хочешь знать, кто стоит перед тобой?
Спроси у него:
«Чей Крым?»

Теперь все знают, что из-за этого дурацкого вопроса
стали распадаться семьи,
дети перестали разговаривать с родителями,
а трудовые коллективы, объединенные не только общим многолетним трудом,
но и прекрасными дружескими выпивками на природе,
были разорваны ненавистью друг к другу.
И градус внутриобщественного конфликта не снижается.
Таким образом, Крым, увеличив территорию России,
уменьшил территорию спокойствия и миролюбия внутри самих россиян.

Разве это не пример умопомешательства?

Не объелись ли мы все белены, как говорят в народе?

Однако это было лишь начало.

Взять, к примеру, эту непонятную Новороссию,
которую никто не признает, кроме Южной Осетии,
которую, в свою очередь, тоже мало кто хочет признавать.

В этой Новороссии, как известно, прошли выборы,
и Россия, еще до выборов, объявила, что признает как эти выборы, так и их результаты.
И вот жители этой Новороссии навыбирали себе руководителей,
и эти руководители стали народом руководить.

А в Ютюбе стало появляться видео, как именно.

На одном видео происходит заседание «народного схода»,
который судит какого-то насильника.
Насильник плачет и кается,
но его народным сходом приговаривают к смертной казни.
Прямо так все и происходит — зал голосует за смерть этого человека простым поднятием рук.
И не видно там ни цивилизованного суда, ни прения сторон, ни защитника.
Просто, как в Средневековье, толпа голосует,
а позже появляется сообщение, что этого человека казнили.
Я вот думаю:
если бы подобное произошло на территории Украины,
что бы сказали об этом наше телевидение и власти?

Но Новороссия — это какое-то заколдованное место,
где абсолютное безумие — приговор к смерти человека простым голосованием
— не вызывает ни малейшей реакции великой России
— носительницы духовных скреп, между прочим.

Или другое видео:
в президиуме сидят несколько бородатых дядек, один из них вообще в балаклаве,
и они проводят «нравственную накачку» аборигенов.
Обсуждают проблему — «женщины замечены в ночных клубах».
И сидящий в «президиуме» бородатый некто орет на сидящих в зале.
Он орет, что теперь «таких» будут арестовывать.
А задача женщины, в его бородатом понимании,
это не по кафе шастать,
а чтоб «дома села, пирожочков напекла, отпраздновала 8 марта!»

Интересна реакция в момент объявления гражданам этой новой реальности:
зал шумит, кто-то недоуменно смеется, кто-то выкрикивает «правильно!».
Но никто не встает и не говорит:
«Вы что, обалдели тут?!
Это что за православный талибан у нас образовался?!
Это кто тут устанавливает законы Ирана?!»

Никто не встает, а это значит, что, как сказал этот бородатый, так оно и будет.
И на современной территории то ли Украины, то ли этой самой Новороссии
появляется территория, которой собираются руководить по законам шариата.

Если бы такое произошло на Украине, то в России бы гневно возопили,
что «нельзя позволить бандеровцам и фашистам унижать свой народ».
А российский представитель в ООН объяснил бы,
что «пришествие средневековых законов в 2014 году недопустимо!».
Но весь этот «талибан» происходит в Новороссии,
при взгляде на которую у нас, видимо, парализует зрение.
И непонятно, до какого насилия над населением должны дойти руководители
этого сумасшедшего дома,
чтобы Россия обратила внимание на беспредел, который творится у нее под боком.

Но на этом сумасшествие не заканчивается и обретает форму взаимных запретов.

Кто-то что-то не так сказал — все, запрет на въезд!

Не там выступил — запрет на профессию!

Украина вносит в списки запрета на въезд всех политиков и артистов,
кто в своих выступлениях поддержал отторжение Крыма или участвовал в торжествах по этому поводу.

С политиками все понятно, но и список артистов уже исчисляется десятками.

Россия не отстает, но действует тоньше.
Уже почти полгода удивленные граждане наблюдают беспримерную борьбу с Макаревичем,
который посмел выступить на Украине.
В какой российский город он ни приедет с гастролями
— то тараканы в зале там обнаруживаются, то электричество пропадает.

С Арбениной так же: где-то она что-то не так сказала.

Арбенина и Макаревич — это просто исполнители,
но, к несчастью, в их песнях есть содержание и смысл.

А еще у Макаревича есть чувство собственного достоинства:
на фоне всеобщего сумасшествия он не желает чувствовать себя «новороссом»,
на которого орет со сцены какой-то бородатый чудик, объясняя, что ему говорить и думать.
Он, Макаревич, сам может научить, как на свете жить.

А тут еще новое сумасшествие на подходе:
в Киев с концертами должен приехать Борис Гребенщиков.
И я думаю, что родная страна готовится к его гастролям, как и он сам.
Только готовятся к разному:
он — к тому, как лучше выступить,
а страна — какими формулировками объявить его пособником «укрофашистов»
и как запретить его дальнейшие гастроли в России.

Что же можно сказать по поводу этого накрывшего нас безумия?

Скажем так:
конечно, Крым — он «наш».
Но Россия — она и так далека от мира и спокойствия, и шрамов размежевания на ней не счесть.
Они идут по географии,
по имущественному уровню,
по национальной принадлежности,
по разделу «город—провинция».
То, что разделяет граждан, гораздо легче подсчитать, чем то, что объединяет.
И тут вступает в силу одно из правил Виктора Черномырдина:
«Никогда такого не было — и вдруг опять!».

Крым, Новороссия...
— и трещат по швам семьи, прощаются друг с другом друзья, отодвигаются друг от друга поколения.

Знаете, вот когда мы видим белые «КамАЗы»,
бегущие в Новороссию из России с гуманитарной помощью под соусом «гуманитарной катастрофы»,
уместно задать вопрос:
а что такое, собственно, гуманитарная катастрофа?
Считается, что это отсутствие одеял, гречки или воды.
После землетрясения — это отсутствие крыши над головой.

Но разве снос собственной «крыши», безумие, раскалывающее общество,
— это не гуманитарная катастрофа?

Мне видится, что настоящую гуманитарную катастрофу переживает сама Россия,
ибо что может быть страшнее грохота,
с которым рвется общество на фоне радостных фейерверков?

Причем кажется мне, что оно, наше общество, только начинают испытывать на прочность.
А самое печальное во всем этом — то, что происходит у нас внутри.

МАТВЕЙ ГАНОПОЛЬСКИЙ https://www.facebook.com/milenco.lud?fref=hovercard
Tags: Согласна!
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments