doctalovtyz (doctalovtyz) wrote,
doctalovtyz
doctalovtyz

"...язык беспомощности спрятать нельзя."

Оригинал взят у saracinua в
В язык россиян возвращаются слова-маркеры бедности. (c)
Анастасия Миронова

Какими бы успешными, патриотичными и сытыми ни изображала граждан пропаганда,
как бы сами граждане ни верили в свое величие,
есть один предатель, который выдает с потрохами их истинное неблагополучие.
Это язык.
Сегодняшний язык россиян говорит нам, что люди стали жить плохо.
В русский язык незаметно вернулись слова бедности.

Слова голода, страха и безысходности.
Необязательно прямо спрашивать людей, хорошо ли им живется
— достаточно послушать, какими словами они описывают свою новую жизнь.


Возьмем для начала слово
«лакомиться».
Его употребляют люди, ограничивающие себя в тратах на еду.
Слово «лакомиться» всегда звучит в интервью бедных пенсионерок,
которые рассказывают о своем рационе.
«С пенсии покупаю себе курицу полакомиться».
Это точный маркер бедности и даже нищеты,
так как в XXI в. рацион и достаток человека среднего
почти исключает какие-либо продуктовые лишения.
Люди редко покупают икру, трюфели или хорошее вино.
Но только бедняки называют эти покупки лакомством,
выдавая тем самым свою неудовлетворенность ежедневным питанием.
Если вы пришли на свидание с вполне успешным с виду человеком
и вдруг он предлагает полакомиться шоколадом, насторожитесь:
перед вами абсолютно точно бедняк, играющий в чужую игру.
К сожалению, людей, которые любят «лакомиться», в России стало больше.
Слово это почти исчезло из массового употребления лет на десять.
И вот оно вернулось.
Как вернулись «лакомки» и «лакомства».
Это ужасно.
Еще ужаснее то, что теперь россияне считаю лакомством:
творог, мясо, фрукты, рыбу, конфеты...

Другое слово из этого ряда — «баловать».
«Иногда балую себя творожком»
— рассказывает журналистам провинциальная учительница, еле сводящая концы с концами.
«Яблочки покупаю только с получки — побаловать детей»
— делится другая учительница.
Иная скажет
«Детей фруктами радую редко — только с зарплаты».
Казалось бы, положение у обеих одинаково,
но нет — вторая не чувствует себя недоедающей.

Еще один маркер — те самые «творожок» и «яблочко».
Уменьшительные формы, применяемые к продуктам, выдают подобострастное к ним отношение.
А подобострастие к творогу или яблокам возникает только у людей недоедающих,
причем, недоедающих здесь и сейчас.
И недоедающих не по вине стихии, катастрофы или войны,
а по причине своей нищеты, своего социального неблагополучия.
Недоедающие хронически.
Ни в какой блокадной или военной мемуаристике вы не встретите
повального употребления уменьшительных форм слов «хлеб», «молоко», «каша».
Ели «хлебушек», пили «молочко» и жарили «рыбку» русские крестьяне,
голодавшие сотни лет и при царях, и после них,
тогда как дворяне с купцами все это время потребляли хлеб, молоко и рыбу.
А вот половые в трактирах предлагали им «икорочку», «балычок» и «стерлядочку».
В общем, помните:
если вас в чьем-то доме угощают красной «рыбкой»,
вероятно, она была куплена в ущерб другим потребностям
— например, вместо «курочки» детям.
Пройдите по рынку, постойте у молочного отдела магазина.
Прислушайтесь — все больше людей называют продукты питания с особенным придыханием:
«мяско», «рыбка», «молочко».
Они недоедают!

Есть люди, которые на вопрос о своем рационе оптимистично отвечают:
«Питаемся мы хорошо».
Не верьте! Эти люди также недоедают.
Голода у них, наверное, нет, но позволить себе разнообразные продукты они не могут.
Покупать еду ради удовольствия им не по карману.
Они не едят — они питаются, наполняют себя энергией,
едят ровно столько, сколько нужно для поддержания жизни.
Все, что выходит за рамки питания, считается лакомством.
Питание — горькое советское слово,
обозначающее потребление продуктов в рамках жизненно необходимых норм.

Из другого.

Страшное по своей разоблачающей силе слово «отдыхать», оно же «отдых».
Знайте: люди, которые летят на отдых в Египет,
скорее всего тяжело работают за небольшие деньги.
Даже те, кто «отдыхает» в Мексике или Китае.
Слово «отдых» выдает в них усталость от работы,
которой они, вероятно, посвящают много времени и которую вряд ли любят,
ведь от любимой работы устать сложно.
Усталость, судя по всему, настолько сильная,
что две недели путешествия по сравнению с ней кажутся отдыхом.
А ведь путешествие — это тяжелый труд, отправляться в путешествие нужно хорошо отдохнувшим.
А отдыхать лучше дома.
Заметьте, как мало у нас путешественников и как много «отдыхающих»,
которых в последнее время в лучшем случае стали называть туристами.
Слов «путешественник» до сих пор ассоциируется с высоким достатком и беззаботностью.
Все отдыхающие мечтают стать путешественниками.
Путешественники как класс из русского языка за последний год почти исчезли.
Кстати, еще чудовищней слово «отдых» звучит применительно
к воскресным пикникам с шашлыком и водкой или к пятничным походам в бар.
Как же эти люди работают, если нажраться до полусмерти для них — отдых?
В общем, если ваш поклонник сулит вам золотые горы, а сам зовет отдохнуть в той же Мексике,
знайте, что перед вами уставший наемный работник, который вряд ли выберется из своей колеи
— язык выдает в нем безысходность.

И уж совсем безысходен тот жених, что работу свою называет «работкой».
Понаблюдайте за своими знакомыми.
Послушайте разговоры случайных прохожих.
Заметьте, как говорят о работе ваши онлайн-френды.
Вы будете удивлены, но именно люди, работающие по найму и за низкую зарплату,
называют свою работу работкой.
Это — напускная пренебрежительность,
через которую неудачники выплескивают свое недовольство
и которая стала встречаться в языке все чаще.
Люди, ходящие «на работку», делают вид, будто живут легко,
но жизнь их на самом деле трудна, а финансовое положение бесперспективно.
На работке работают неблагополучные люди.

А еще они работают за получку.
Услышали слово «получка»
— знайте, что перед вами бедный неудачник, жертва системы.
Он не самостоятелен, не амбициозен, он не зарабатывает деньги, а получает,
в его уме нет твердого представления о связи своего дохода и своих навыков,
деньги, получаемые на работе, он воспринимает как нечто должное, неизменное,
не зависящее от него.

Неблагополучие и неудачи могут проскользнуть и в других «трудовых» словах.
Главным образом в наименовании начальства.

Если человек называет своего начальника работодателем,
это значит, что больше всего он ценит в нем именно сам факт предоставление рабочего места.
Работодатель — он как спаситель.
Он приютил, пригрел, он дает работу,
а вместе с ней еду, возможность платить за квартиру и покупать бензин.
Человек, который называет своего начальника работодателем,
очень боится оказаться на улице.
Это правило.

А вот тот, кто зовет начальника руководителем, боится самостоятельности.
Это тоже правило.
Вспомните трудовые договоры, вспомните риторику деловых журналов:
разнообразные бизнесмены и беспощадные акулы HR называют начальника руководителем.
И пусть они рассуждают о развитии кадровых ресурсов,
мы-то видим, что мечтают они, руководители, о несамостоятельных исполнителях.
Вспомните, кстати, скандал с должностной инструкцией,
которую Евгения Васильева составляла для своей прислуги
— в ней она именовала себя «руководителем».

Начальник — самое нейтральное слово для обозначения вышестоящего коллеги.
В крайнем случае подойдут «шеф», «босс».
Еще лучше, если начальника называют по должности или имени.

Человек, которому звонит
«глава отдела» или «коммерческий директор», или, наконец, «Иван Петрович»,
знает себе цену, он в себе уверен, у него есть профессиональное достоинство.
В отличие от тех, кто говорит вам мимоходом:
«Извини, руководство вызывает».

Страшнее только человек, который владельца бизнеса, где он работает, называет хозяином.
Примечательно, что слово это часто можно услышать
от разнообразных охранников, телохранителей и просто вахтеров.
«Хозяин едет», «хозяин не велел».
Мало того, что у вахтеров этих при слове «хозяин»
всплывает крепостной, а затем мелколавочный анамнез
(предки точно «в людях» жили),
так они еще и ощущение себя цепной собакой в человеке выдают.

Еще года два назад наши люди
летали не «отдыхать», а «на море»,
работать ходили не «на работку», а в офис.
Слова «работодатель» и «руководитель» были редки, ими оперировали лишь сами «работодатели».

Теперь все изменилось.
Российский народ беднеет, слабеет, становится все более беспомощным.
И он много работает.
К нам из конца 90-х вернулись лакомящиеся творожком старушки и балованные мяском дети
— люди снова недоедают.

Это можно пытаться скрыть одеждой,
можно прятать его в салоне купленного в кредит Ford Focus,
забыть о нем в баре на курорте.

Но язык беспомощности спрятать нельзя.

Кстати, делитесь своими наблюдениями
— какие еще слова выдают в человеке бедность и забитость?


Tags: Дожили...
Subscribe

  • Пятым будет?

    Пятым будет? автор Антон Орехъ обозреватель Я все-таки посмотрел беседу Собчак с маньяком Моховым. И в числе прочих философических…

  • Цугцванг Путина

    автор Геннадий Гудков политик Что будет делать Путин после событий в связи в расследованиями Bellingcat и Навального, которые за…

  • В поддержку крымских татар

    В поддержку крымских татар в Санкт-Петербурге прошли митинги (фото) Опубликовано в 19.10.2017 в Заграничная правда / Новости…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments