doctalovtyz (doctalovtyz) wrote,
doctalovtyz
doctalovtyz

Categories:

Это не цирк


Суд над Навальным за оскорбление ветерана – это не цирк.
Потому что цирк – это искусство, а клоуны – это удивительные мастера, заставляющие людей смеяться и плакать.
А в Бабушкинском суде плакала только прокурорша,
да и то по неподтвержденным сведениям.
Но пропаганда, в крайнем случае, слёзы ей подрисует.
У этого процесса есть, как ни смешно, чисто юридический аспект
– но кого он вообще волнует?
Поскольку исход ясен заранее,
то каждая сторона использует мероприятие как трибуну.

Навальный клеймит холуёв.
Холуёв во власти и при власти,
из-за которых старики наши живут бедно,
а ветераны живут лучше лишь в сравнении с остальными пенсионерами,
но сравнивать их благосостояние с жизнью ветеранов
в той же побежденной Германии стыдно и позорно.
А у судьи и прокурора чисто служебная функция по созданию нужного фона
для телевизионных трепачей и помётов.

[Spoiler (click to open)]Дело об оскорблении ветерана войны — самое перспективное из дел против Навального наравне с делом о воровстве денег, которые граждане жертвуют Навальному на его проекты. Но то дело еще впереди, а тут огонь уже вовсю полыхает. У нас же в 2021 году вообще не осталось никаких других тем и никаких образов, кроме войны и Победы. Любое хорошее дело – почти военный подвиг, и мини-штурм Рейхстага. Любой плохой человек немедленно сравнивается с эсэсовцем, власовцем или бандеровцем.

Лжец и пустомеля Толстой на днях придумал даже каких-то предателей в блокадном Ленинграде. Ну, а Навальный, само собой, не просто оскорбил конкретного деда, а в его лице нанес смертельную обиду всем ветеранам. Более того – осквернил память миллионов погибших на фронтах и в концлагерях. И не случайно он лечился именно в Германии, которая напала на нас 22 июня. И не зря в эти дни мы снова говорим о недопустимости фальсификации истории и реабилитации нацизма.

Ну и так далее и тому подобное – потекло говно по трубам. В идеале суд по делу ветерана и Навального должен идти каждую пятницу. Можно еще раз прочитать показания старика, которых он, конечно, не давал, потому что 95-летний человек реально сумел неделю назад с трудом прочитать четыре строки по бумажке, а тут прокурорша обливаясь потом и слезами потратила на его военные мемуары почти академический час. Можно привести в зал еще каких-то соседей, оскорбленных в своих чувствах и переживающих за Игната Артеменко. Можно попытаться найти у Навального несуществующего деда-полицая. Суд – это просто место встречи. Учреждение, в котором разыгрывают постановки и обращаются не к участникам заседания, а к миллионам людей за пределами этого тесного служебного помещения.

Tags: Навальный, Стыдоба
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments